«Где предел самого лучшего?»

«Где предел самого лучшего?»

20.02.2018

Или разговор Даши и Насти. Настя Рябцева— фандрайзер фонда «Тёплый дом» и журналист. Даша Нечайкина — ведущая групп, конфликтолог, коуч, социальный работник и директор по развитию фонда «Теплый дом». Уже 10 лет мамы звонят ей круглые сутки, чтобы попросить совета или просто что-то рассказать. Разговор родился из мысли о том, что мода на осознанное родительство, как и всё остальное, имеет свою обратную сторону. Разговор только краешком коснулся каких-то тем, стремительно перескочив на другие. Но на то он и разговор, а не статья. И он кажется нам важным.

Даша с сыновьями

 

Настя: Я думаю, что мы живем в неплохое время, мы можем много времени уделять своим детям, у нас есть возможности что-то для них выбирать. Мы можем найти информацию, попробовать разные системы образования и даже оставить ребенка на домашнем обучении. Быть хорошим родителем — это сегодня классно. Но с другой стороны, вот к тебе приходят мамы с детьми, они вообще знают, что существуют все эти бесконечные книжки об осознанном родительстве? Или не знают? Что они думают обо всех этих прогрессивных теориях? Или, может быть, им всё равно?

 

Даша: Конечно, им не все равно. Когда на каждом углу ты видишь вывески «развивающие занятия», «подготовка к школе», «монтессори-сад» и т.д., а ты не можешь это себе позволить, то могут появиться разные чувства. По нынешним понятиям, чтобы быть хорошим родителем, надо соответствовать миллиону критериев. Очень многие из этих критериев материальны. И эта «гонка» касается всех.

 

Настя: Но каким-то критериям всё-таки здорово было бы соответствовать?

 

Даша: Да, мне кажется, что все дело в балансе. Первая крайность: отдать ребенка в кучу кружков, всё ему покупать… Это как приходят мамы и говорят: «Хочу обеспечить ребенка всем самым лучшим». Возникает вопрос: «А где предел этому самому лучшему?» Но есть и другая крайность: когда дети растут, «как трава», сами по себе, а родитель ничего не готов менять в своем образе жизни ради ребенка. «Ничего, мы выросли, и он вырастет». Я считаю, что самое важное — это внимание к своему ребенку. Если ты очень занят, но у тебя находятся хотя бы полчаса прицельного внимания к ребенку в день, помимо обычных обязанностей, то твоя родительская функция уже выполняется. Конечно, это зависит от возраста. Так, внимания к годовалому ребенку должно быть больше, чем к 5-тилетнему или 13-тилетнему. Но если оно есть — это качественное время, то родительство состоялось.

 

фотографии подопечных «Теплого дома» с «Южной Дачи»

 

Настя: У меня есть подруга, которая водит своего ребенка на множество развивающих занятий, она не работает и у нее есть такая финансовая возможность, да и ходить куда-то с ребенком легче, чем сидеть дома. А я, например, со своим двухлетним сыном только в бассейн хожу. И иногда я думаю, может, я плохая мать? Ведь говорят, что ребенку нужна среда…

 

Даша: Нужна. Но история всё равно начинается с ваших внутренних взаимоотношений. В первую очередь, а особенно в 2, ребенку нужна мама. Если у вас сформированы хорошие доверительные отношения, то гораздо проще понять, какая среда нужна ребенку.

 

Если ребенок оборачивается, а мамы нет, то у него сразу закрываются все ресурсы, ресурсы на обучение, он начинает искать маму или другого близкого человека, все в нём направлено на обеспечение этой внутренней связи.

 

А идея про какие-то особенные развивающие занятия вообще ложная. Ребенка, на самом деле, развивает всё, и надо просто смотреть, к чему у него просыпается больший интерес. Если ребенок долго моет руки, а ты в это время рассказываешь ему, откуда берется вода, как она льется, то никаких специальных развивашек не нужно, вот оно развитие! Развивашки как раз основаны на таких вот повседневных вещах.

 

Настя: То есть развивашки сегодня — это индустрия?

 

Даша: Да. Новая приятная среда — это хорошо. Но это не главное. Дома тоже можно организовать среду.

 

Настя: А что делать, если нет возможностей, например, организовать личное пространство для ребенка дома?

 

Даша: Личное пространство можно организовать на одном квадратном метре. Если у ребенка есть хотя бы одна полочка, где никто не придет и ничего не переставит, то это уже хорошо. Это уже личное пространство.

 

стол после развивающих занятий

 

Настя: А как объяснить ребенку, что ты не можешь ему что-то купить? Вот, например, когда ты не можешь купить ребёнку телефон, а он говорит, что у всех есть, а у меня нет.

 

Даша: А это уже вопрос вовлеченности ребенка в жизнь семьи. Если вы говорите с ребенком о семейном бюджете, выделяете ребенку какую-то сумму в месяц, на которую он может рассчитывать, то, скорее всего, вопросов будет намного меньше.

 

Настя: У меня есть пример: подросток попал в компанию, где он оказался не в равном положении с другими детьми. У него довольно осознанная семья, но в ответ на мамины объяснения по поводу семейного бюджета он говорит: «Мама, почему у тебя такая дурацкая работа, почему ты так мало получаешь?»

 

Даша: «Я надеюсь, сынок, что ты вырастешь и будешь зарабатывать больше. У тебя есть такие возможности, ты видишь, где можно заработать больше. Кроме того, смысл работы не только в деньгах». В подростковом возрасте это ещё и бунт, низвержение родителей с пьедестала. Но если ребенок вовлечен в семейную жизнь, мама рассказывает дома о своей работе, то появляется возможность ответить на все эти вопросы. Можно объяснить, что не все в жизни можно измерить деньгами. И хорошая работа — это не обязательно та, за которую много получаешь. Все это закладывается в детстве, хоть дойти может и позже. Когда в семье хорошие отношения, когда мы много чего проговариваем, много чего обсуждаем, то многие вопросы снимаются. Но когда я хорошая мама, а ребенок просто получатель моих услуг, то ребенку все время будет мало. Он выступает как объект, мы не сделали его субъектом со своими правами и обязанностями. Конечно, у нас еще разные обязанности, но и права за счет этого разные. Кто зарабатывает, тот и распоряжается. Деньги — это часть того, что выстраивает нашу семью. Когда ребенок понимает, что деньги распределяются пропорционально обязанностям, он больше не обижается, что папин телефон лучше.

 

Настя: Давай перейдем от материальных ценностей к запросам наших подопечных мам. Про отца, например. У нас в фонде сейчас часто можно услышать от мам тезис: «Без отца нормального ребенка не вырастить». Как выбраться из этой ловушки? Ты мать, по каким-то причинам воспитываешь ребенка одна. Что же — ты уже значит по этому принципу недостаточно хорошая мать?

 

Даша: Вопрос актуальный. Моя подруга сейчас разводится и тоже переживает по этому поводу. Существует модель, так сказать, хорошей семьи и недостаточно хорошей. Полной и неполной. Но ведь в семьях бывают еще братья, сёстры, дедушки , бабушки, тёти , дяди, почему мы зациклились только на отцах? Почему мы не называем семью, в которой всего один ребенок, неполной? Или семью без бабушек и дедушек? Ведь и они влияют на формирование личности ребенка! А это незаменимое влияние отцов вообще-то очень зависит от самих отцов. Если отец приходит домой только поесть и поспать, а тем более, если он приходит пьяный и бьет мать, то ничего хорошего он не вкладывает в личность ребенка, скорее наоборот. Конечно, близкий мужчина важен для развития ребенка, но не любой. И иногда пусть это лучше будет ведущий в кружке, сосед, с которым удалось выстроить хорошие отношения, друг семьи, брат, дядя. Если спросить детей, родители которых не развелись только из-за детей, как было бы лучше, большинство из них скажет, что лучше бы родители развелись. Потому что для развития детей важны счастливые родители. И отец не единственный человек, который может сделать маму счастливой. У мамы может быть куча друзей, любимая работа, которая делает её счастливой, хобби…

 

занятие в столярной мастерской «Теплого дома»

 

Настя: Скажи пожалуйста, а ты, как человек, который вырос без отца, ты задавала маме вопрос, почему нет папы?

 

Даша: Я помню эту историю, помню свои переживания, нельзя сказать, что это прошло незамеченным. Но моя мама всегда мне про папу с радостью отвечала и рассказывала, она говорила, что очень его любила. У нас дома висели его картины. Иногда мама говорила, что он бы мной гордился. Мне было понятно, что он художник и не может жить в семье, но я никогда не слышала от мамы ничего плохого о нем. А бывает, что мамы говорят детям про отцов только гадости. И это ошибка. И очень ранит детей. Самим мамам важно помнить про то, почему они полюбили этого человека, чтобы на ребенка не вешать лишнего. Эта история скорее про боль, которую испытывают мамы, когда они остаются одни. И если все эти обиды вешаются на ребенка, это вредно. Вредно с точки зрения отношения к себе и отношений с другим полом.

 

Настя: То есть мамам, оставшимся одним, очень важно разобраться с собой сначала. А не искать нового отца ребенку?

 

Даша: Да, но это большая работа над собой. И для мамы, и для ребенка.

 

Настя: А когда ты начала строить свою семью, тебе не мешало то, что у тебя не было отца?

 

Даша: Мне кажется, это мешало мне меньше, чем если бы у меня была какая-то несчастливая модель семьи перед глазами. Любые родительские модели поведения всегда передаются детям. И не имеет значения, водили ли мы детей в какие-то кружки или нет. При этом важно помнить, что мы не можем уберечь детей от травм, мы и не должны. Конечно, ребенок будет стукаться, падать, сталкиваться с трудностями жизни… Более того, развитие невозможно без фрустраций. Мы растем через сложности и через боль. Родитель в это время просто должен быть рядом. И здесь мы возвращаемся к прицельному вниманию, к качественному времени. Детям, которых родители пытаются уберечь от любых травм, потом приходится сложнее. Они как тепличные растения, которых пересадили в грунт, под ветер и град. И тут риски погибнуть выше, чем если тебе иногда открывали окно или давали побыть на улице.

 

чтение вслух

 

Настя: А еще сейчас есть такая тенденция: детей стараются уберечь от каких-то знаний, которые, по мнению взрослых, могут им повредить. Вот как понять, от чего ограждать, а от чего нет?

 

Даша: Это стремление выбирать, что полезно для ребенка, а что нет — оно опять же из-за очень объектного отношения к детям, в котором забывают, что ребенок — это человек, а не сундук, в который, что положишь, то там и будет. Более того, мы не знаем, как прорастет зернышко в том или ином ребенке. У каждого ребенка своя психическая система, там все по-особенному. Каждый маленький человек — это отдельный космос. И часто мамы, особенно одного ребенка, ошибочно думают, что все достижения ребенка — это только их заслуга и их выбор. И могут этим очень ограничивать своего ребенка.

 

Настя: А еще я хочу спросить тебя про ожидания. С одной стороны слишком большие ожидания — это плохо, ребенок находится под прессом, с другой — нужно верить в своего ребенка. Где тут грань? Середина? Как понимать два этих постулата?

Даша: «Вредное» ожидание начинается там, где «ребенок должен». Должен быть таким, как я придумала. А если мы просто верим, что наш ребенок умный, чудесный, особенный, такой, какой он есть, и передаем ему ответственность за него, если мы верим, что он с этой ответственностью справится, что он будет жить своей жизнью, то это хорошо. Одна из главных задач родительства заключается в том, чтобы вовремя отпустить свою привязанность. Мы родили его не для счастья, не для себя, а для того, чтобы он был таким, каким он решит быть. Это его выбор. Мы можем ему напоминать, что мы рады, когда он счастлив, но мы не можем требовать от него быть счастливым или ставить себе цель вырастить его таким. Мы можем только верить, что он таким будет.

 

Настя: Что делать, если ты уже совсем взрослый, лет 50, и что-то наделал раньше, а твой ребенок тебе говорит, что это ты виноват, что он такой, инфантильный, например. Как жить с этим чувством вины?

 

Даша: Лучшее, что может сделать такой родитель — это честно признать свои ошибки. А еще признать, что в 50 лет уже ничего не может изменить, когда ребёнку 30. Зато ребенок может, потому что он уже не ребенок. Пойти к психотерапевту и взять на себя ответственность за свою жизнь. Потому что это, как правило, история про непереданную ответственность.

 

ребята загадывают желания после семейной группы в «Тёплом доме»

 

Настя: Есть какая-то книга, которую ты бы посоветовала прочесть каждому родителю?

 

Даша: «Тайная опора» Петрановской. Но мамам, у которых все в порядке с привязанностью, им вообще книга не нужна.

 

 

Please reload

Читайте избранные истории:

Теплые публикации в 2018

17.12.2018

1/10
Please reload

Презентация фонда:
Our presentation in English:

Контакты

Санкт-Петербург, Россия

191187, ул. Чайковского, 1, литера А, пом. 11Н
(812) 275-81-65, 
+7 921 746 42 75

  • Значок приложения Facebook
  • Vkontakte Social Icon
  • Значок приложения Google +
  • Значок приложения Instagram